Новости

Рубрика «85 лет Областной: пора и познакомиться»

 Она всегда улыбается, общаясь с людьми, даже когда у неё самой на душе тяжело. На вопрос, как она находит силы постоянно «излучать солнечную энергию», заведующая пульмонологическим отделением Новосибирской областной больницы доктор медицинских наук, профессор Любовь Михайловна Куделя отвечает: «В жизни и без того много проблем и огорчений, не надо их преумножать. Надо делиться с другими только теплом и светом». Любимица коллег и пациентов, Любовь Михайловна работает в ГНОКБ уже 46 лет.

  Правда ли, что вы не собирались быть врачом?

- Правда. Это было желание моей мамы. Ей казалось, что при таком складе характера - я росла очень общительным ребёнком - мне нужно идти именно в медицину. К слову, мама работала учительницей биологии в нашей школе и спрашивала меня на уроках гораздо строже, чем других. Снисхождения не было никакого. Одноклассники мне откровенно сочувствовали. Зато на вступительных экзаменах в мединститут биологию я сдала легко.

 Мама не ошиблась с выбором вашей профессии?

- Нет, и я ей искренне благодарна. Мою сестру, с которой мы близнецы, мама видела архитектором, потому что Вера хорошо рисовала. Так и произошло в итоге. Старшая сестра Надежда - экономист, тоже мама подсказала. Надо признать, она делала это безошибочно.

 Что было дальше, вы взяли судьбу в свои руки?

- Если бы… Дальше началась череда везений. Начать с того, что после зачисления на первый курс НГМИ я попала в самую сильную группу, многие из моих сокурсников затем стали известными учёными и врачами. В такой кампании было очень интересно учиться.

 Ну хоть пульмонология-то – ваш собственный выбор?

- Как сказать… Здесь тоже везение сработало. Вообще-то я хотела заниматься гастроэнтерологией. По-моему, это самая интересная из терапевтических дисциплин, потому что она объединяет сразу несколько органов - печень, желудок, поджелудочную железу и кишечник. Все эти органы и их поражения, как правило, не изолированы, а взаимосвязаны. Разобраться в первопричинах любой болезни ЖКТ - сродни детективу. Ещё на старших курсах института я выбрала тему научного исследования, которое должно было затем стать основой кандидатской диссертации - хронический аутоиммунный гепатит. И к окончанию института уже достаточно много сделала в данном направлении. Даже место работы было предопределено - Институт терапии СО РАН.

 И тут произошёл очередной счастливый случай. В ординатуре по терапии я училась на кафедре внутренних болезней, которую возглавляла Лидия Дмитриевна Сидорова, выдающийся российский учёный-пульмонолог. В один прекрасный момент она мне сказала: «Хватит заниматься ерундой. Давай переходи в пульмонологию». Получить такое предложение от академика Сидоровой и не согласиться мог только сумасшедший. Так я оказалась в отделении пульмонологии Областной больницы.

 А как же желание разгадывать детективы болезней? Или в пульмонологии тоже не всё очевидно?

- Ни в одном разделе медицины нет полной очевидности. Да, в бронхо-лёгочной системе всё более чётко структурировано, чем в гастроэнтерологии. Если это астма, то по клинике ясно, что астма. Если ХОБЛ, то его ни с чем не спутаешь. В то же время и здесь появляются заболевания-ребусы на стыке разных дисциплин. Например, у пациента одновременно бронхиальная астма и гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь, которые связаны между собой. Что здесь причина, а что - следствие?

 Выясняю, что причина - длительно текущая и неконтролируемая астма. Когда больной, наконец, обратился к врачу по поводу приступов удушья, ему сразу назначили сильнейшие препараты, которые вызвали нарушения со стороны желудка и пищевода. Следующий ребус – как лечить дальше?

 Гастроэнтерология догнала вас в пульмонологии. Это ирония судьбы?

- Это закономерность. В медицине вообще, а в терапии особенно нельзя углубляться только в свою узкую специальность, надо более-менее знать и всё остальное. Пульмонолог обязательно должен понимать, как назначенные им препараты для лечения лёгких отразятся на работе желудка и сердечно-сосудистой системы. И наоборот - кардиолог должен подумать, не навредят ли пациенту с астмой и ХОБЛ те или иные препараты от гипертонии или аритмии. Каким бы опытным врачом ты ни был, если есть сомнения, посоветуйся с коллегами.

 Здравоохранение испытывает кадровый дефицит. Тем не менее, можно ли сказать, что вы в своё отделение сотрудников отбираете по каким-то критериям, а не берёте всех без исключения?

- Разумеется, есть условия. Можно быть прекрасным человеком, но слабеньким врачом или медсестрой. Можно быть хорошим специалистом, но некомфортным человеком - чёрствым, не умеющим сочувствовать пациенту, а это неприемлемо. Для меня принципиально, чтобы сотрудник отвечал обоим критериям.

 К сожалению, в социуме вообще немного людей, которые и профессионалы высокого класса, и по человеческим качествам прекрасны. Поэтому я очень дорожу своим коллективом, он очень хороший. Однако требования к медработникам так сильно изменились за последние двадцать лет, что нельзя не заметить: врачи и медсёстры выгорают.

 Из-за того, что на фоне нехватки персонала растёт нагрузка? Или отношение общества к врачам так сильно изменилось к худшему?

- Меняется система здравоохранения, не все люди этим довольны, а виноват всегда врач. Всё больше пациентов приходят изначально настроенными на негатив, и в этом, на мой взгляд, большая «заслуга» СМИ, которые сформировали отрицательный образ медработника. Ну            и, конечно, нагрузка выросла значительно: сотрудников меньше, пациентов больше. Между тем, если прежде срок госпитализации с каким-то сложным диагнозом составлял 21 день, то сейчас ты должен успеть провести лечение за 10 дней.

 Да, стала лучше диагностика, появились более эффективные лекарства, однако болезнь не всегда отвечает на наши старания. И тут главное не перестараться в спешке, сто раз подумать, потому что главный принцип медицины по-прежнему - «не навреди». А для того, чтобы не навредить, надо знать, то есть постоянно учиться.

 В современной пульмонологии есть нерешённые проблемы?

- К сожалению, да. Казалось бы, о бронхиальной астме уже давно всё известно, и тем не менее остаётся бездонная пропасть неясного. Её причины разные у разных больных. Когда-то считалось, что это аллергическое заболевание. Сейчас мы говорим о большом разнообразии фенотипов астмы, и каждый из них требует своего лечебного подхода.

 Не меньшую сложность вызывают диагностика и лечение интерстициальных заболеваний лёгких. Бывает, что установить первопричину болезни у пациента чрезвычайно сложно. Между тем, это принципиально важно сделать, потому что, если толчком стал воспалительный процесс, мы должны назначить комбинации препаратов, включая стероидные гормоны. Если же это первичный фиброз, назначить следует антифибротики.

 Стало много случаев онкологических заболеваний дыхательной системы. Причём у некурящих. А ведь мы привыкли к тому, что есть знак равенства между курением и раком лёгких. Всё чаще заболевают женщины, для которых рак лёгких в принципе раньше был нетипичен. Это пугает.

 А что радует?

- В целом пульмонология стала ещё более интересной и продуктивной областью медицины. Когда знаешь, что можешь больному предложить что-то новое, это придаёт сил и тебе, и ему. Например, сейчас мы применяем генно-инженерную терапию и видим оптимистичные результаты там, где ещё недавно был очевиден плохой исход.

 Вот конкретный пример: у нас есть трое пациентов 45-47 лет, все они мужчины, страдающие астмой и бронхиолитом. У всех выраженная дыхательная недостаточность. И ещё в прошлом у них одна и та же проблема - внутривенные наркотики, что и стало причиной болезни. У всех первая просьба была такая: «Поставьте меня в лист ожидания на трансплантацию лёгких. Жить хочу». Да, в юности были ошибки, но теперь это взрослые люди, которые давно всё осознали, давно отказались от наркотиков, вот только болезнь лёгких не оставляет им шанса. Точнее не оставляла до недавнего времени. Сейчас в нашем распоряжении новое поколение препаратов, включая генно-инженерные, которые в корне меняют качество жизни бывших безнадёжных больных. Необходимость в пересадке лёгких отпадает.

 Представляю реакцию многих читателей: люди сами губили своё здоровье, а когда им стало плохо, государство должно потратить огромные деньги на их лечение.

- Честно говоря, я пугаюсь, когда говорят, что достижениями медицины иногда пользуются те, кто с точки зрения «правильных» граждан, этого не заслуживает. Среди наших пациентов далеко не все вели безупречный образ жизни. Бывают люди с ВИЧ-инфекцией, туберкулёзом, гепатитом С, бывшие наркоманы и курильщики. Но врач не судья, он не имеет права выбирать, кому помогать, а кому нет. Если мы начнём людей дифференцировать по признаку заслуживает или не заслуживает он лечения, медицине придёт конец.